В этом разделе:
2020
январь
март
сентябрь
октябрь
ноябрь
декабрь
Главная  →  Новости  → Политическая ситуация в Кыргызстане на финише 2019 года глазами российских и отечественных экспертов

Политическая ситуация в Кыргызстане на финише 2019 года глазами российских и отечественных экспертов

14 декабря 2019


Директор исследовательского центра «Аналитик» (г. Екатеринбург) Андрей Мозолин презентовал экспертному сообществу Кыргызстана результаты довольно любопытного исследования, основанного на данных проведенного в ноябре опроса. Мозолин сразу признался, что приведенные цифры не репрезентативны, поскольку сам опрос проводился в основном в Бишкеке, по интернету, среди всех, кто пожелал ответить на поставленные вопросы. То есть, это не был опрос, основанный на социологических методиках, когда учитываются все характеристики респондентов – по половозрастному, национальному, образовательному и прочим критериям. Организаторам опроса было важно получить картину по наиболее значимым и актуальным вопросам. Директор центра «Аналитик» попросил кыргызских известных политологов ознакомиться с данными опроса и подтвердить, либо опровергнуть отмеченные политические угрозы и настроения в обществе.

результатов исследования





— Я могу комментировать полученные результаты с точки зрения российского эксперта, потому как и в России происходят аналогичные процессы, — заметил Андрей Мозолин, — но мне интересен ваш взгляд на схожие проблемы.


В первой же таблице Мозолин показал характеристики респондентов, дабы было ясно, кто и почему давал свои оценки ситуации в Кыргызстане:


Уже из этой таблицы видно, что отвечают на вопросы анкеты люди, понимающие суть вопросов и разбирающиеся в политической тематике. Следовательно, мнения респондентов носят не эмоциональный характер, а как минимум осмысленный, и даже профессиональный. Треть респондентов – служащие, пятая часть – предприниматели.

Кыргызские эксперты сразу задали вопрос автору презентации: для кого было проведено это исследование? Кто заказчик этого опроса и анализа? Оно и понятно – мы привыкли, что все подобного рода исследования носят характер специального заказа и оплачиваются заинтересованными структурами (политического и иного рода) или лицами. Более того, если постараться, то уже в самих формулировках вопросов можно откопать тайный смысл и далеко поставленные цели. Но наш российский гость развеял опасения экспертов: заказывал это исследование он сам и без какой-то тайной цели. Характер его работы – проведение мониторинга кризисных ситуаций и поиск путей выхода из них – предполагает глубокое изучение целого комплекса обстоятельств, которые и порождают конфликты. Объектом изучения являются целые направления: оценка ситуации; уровень доверия к гражданским институтам и органам власти различного уровня; уровень доверия к избирательной системе и готовность участвовать в выборах; уровень протестных настроений. Только ответив на эти вопросы, можно понять и более-менее правильно оценить текущую ситуацию в стране.

Потому и первый вопрос был поставлен, что называется, ребром: изменилась ли за последний год социально-политическая и экономическая ситуация в Республике? Результаты получились такие:


На лицо тренд на ухудшение ситуации.

Известный кыргызский политолог Шерадил Бактыгулов, глядя на эту таблицу, тем не менее предположил:

— Я все-таки вижу, что тренд больше не на ухудшение ситуации, а на то, что «ничего не изменилось» за последнее время. Так как опрос был в основном в Бишкеке, где мы имеем более критично настроенное население.  По республике мы бы получили большинство ответов «ничего не изменилось», что больше соответствует реальности. А на втором месте будет «ухудшилась».

Политолог Игорь Шестаков внес существенную поправку:

— Я полагаю, что нужно было разделить вопрос на две части: политическая ситуация отдельно, а экономическую – отдельно. Социально-экономическая ситуация у нас оставляет желать много лучшего и в ее оценке позитива мало. А вот общественно-политическая ситуация у нас достаточно стабильна, попытки прежнего руководства страны ухудшить эту ситуацию сорвались. Мне было бы интересно посмотреть, что люди оценивают и как: отношение к власти и ее работу, или содержимое своего холодильника?

Мозолин не в оправдание, а с позиций российской действительности прокомментировал данные несколько иначе: в России люди как раз по наполнению своего холодильника судят о работе властей, и здесь присутствует более тесная зависимость социально-экономического положения от политической стабильности.

Почему в Кыргызстане эта связь слабо выражена? Парадокс, но чем ниже уровень социально-экономического развития того или иного региона республики, тем выше там доверие государственным институтам и политическим организациям. На это эксперты не находят ответа.

Ответы на вопросы социально-экономического характера дают сами респонденты. Что людей волнует больше всего?


Тут нужно особо заметить, что нередко социальные и экономические проблемы люди отмечают по степени обсуждения этих проблем в прессе, на ТВ, в соцсетях. Понятно, что высокий процент обеспокоенности неудовлетворительной ситуацией в сфере образования был получен потому, что для Бишкека эта проблема наиболее ощутима и лучше видна, чем, к примеру, где-нибудь в отдаленном районе. Или потому, что большой процент респондентов так или иначе связан с образовательным процессом. И кыргызские эксперты сразу обратили на это внимание. А вот показатель «коррупция и бюрократизм», который оказался лидером в таблице, никого не удивил. Возможно, подействовала та атмосфера борьбы с этими явлениями, которая уже не первый год очень накалена судебными процессами по целому ряду громких уголовных дел.

— В России эта проблематика смещена на экономические вопросы, — отметил Мозолин. – Там тоже недовольны низкими зарплатами, но нет безработицы. В России на втором месте идет здравоохранение. В России мы пользуемся данными ВЦИОМа по анализу общественного мнения, которым мы доверяем полностью. На протяжении последних лет мы убеждаемся, что эти данные верны. Социологические исследования довольно дорогое удовольствие, поэтому мы пользуемся исследованиями не только на федеральном, но и на местном уровне. Особенно, когда приходится решать проблемы регионального характера. У нас в Свердловской области, где очень многонациональный состав населения, проблемы, связанные с конфликтами на межнациональной почве по весне нередко попадают в первую тройку проблем, а в Кыргызстане они отмечены очень скромно. Неужели у вас эти проблемы полностью решены?

— Все зависит от ситуации на сегодня.  Сегодня эта проблема у нас не актуальна, но ближе к выборам она снова появится, — заметил Бактыгулов. – Может появиться и региональный фактор.

— Я думаю, что многие проблемы ушли в раздел «коррупция». Люди порой не разделяют факторы, и весь негатив сосредотачивают на одной проблеме, — предположил Шестаков.

Следующий вопросник как раз и иллюстрирует ту проблематику, которая волнует лично каждого из опрошенных. И вот здесь уже картина несколько отличается от предыдущей.


Эксперты были несколько озадачены такой сменой проблем, по степени их важности для конкретного человека. Но если в предыдущей таблице проблемы носили несколько отстраненный, общий характер, но предложенный вопросник был конкретнее, и тем самым ближе к интересам каждого респондента. Так «экономический кризис, спад производства» отметили большинство опрошенных не потому, что он коснулся лично их, но потому, что это и есть основная причина ухудшения благополучия людей. И коррупция волнует людей уже не как общее явление, а как «борьба политиков за власть», «обнищание людей», «Угроза авторитаризма» и т.д.

Эксперты согласились с таким порядком «ценностей». Все это – информация для размышления и глубокого анализа. Само по себе подобное ранжирование проблем уже показывает слабые места в общественном устройстве, кризисные зоны и наиболее опасные рифы. Для политиков и управленцев подобная информация должна быть на вес золота, поскольку служит ориентиром для принятия решений, для корректировки курса и незамедлительного реагирования по наиболее опасным направлениям. К примеру, «борьба политиков за власть» — это очень нехороший симптом общественного мнения, когда речь идет о предстоящих выборах в парламент. А «экономический кризис» и «обнищание людей» — однозначное направление в предстоящих  предвыборных программах. Если, конечно, доживем до выборов…

Потому как доверие к выборным органам власти в Кыргызстане выглядит так:


— В принципе, такая картина говорит о достаточно высоким уровнем демократии в нашей республике, — уверен Шерадил Бактыгулов. – Она соответствует шкале доверия граждан к институтам власти в Западной Европе. А, к примеру, у наших соседей доминируют такие ответы как «в целом доверяю» и «абсолютно доверяю».

— В России все рейтинги доверия носят очень подвижный характер, — говорит Мозолин. – И опять же на них влияют так называемые непопулярные меры. К примеру, повышение пенсионного возраста обрушило рейтинги доверия всем ветвям власти в стране. У вас в Кыргызстане власть сравнительно недавно поменялась. Чем можно объяснить такую картину доверия? Это следствие ситуации, или в целом характерно для республики? Понятно, что любые конфликты существенно снижают уровень доверия, возможно, по этой причине падает доверие президенту. Но почему так высок уровень недоверия кыргызскому парламенту?

— Вы правы, ситуация сложилась у нас таким образом, что вынудила нынешнего главу государства решать вопросы с бывшим главой, что конечно и отразилось на уровне доверия, — согласился с российским коллегой Шерадил Бактыгулов. – Общая критическая масса недоверия распространилась и на другие ветви власти. Люди видят, чего стоят народные депутаты по их выступлениям, на встречах депутатов с избирателями. Меня в этой таблице больше интересует достаточно высокий уровень доверия к местным органам власти. Здесь, я думаю, лучше видна конкретная работа ОМСУ, в этой системе практически нет коррупции, здесь выше ответственность.

Кыргызские эксперты согласились с оценкой Жогорку кенеша: срок его полномочий истекает, а многое из обещанного так и не выполнено. Респонденты именно на парламент перекладывают и недоработки исполнительной ветви власти, потому как она формируется как раз парламентом. Эксперты высказали предположение, что недоработки правительства также перекладываются и на президента, считая его ответственным за все, что происходит и в исполнительной, и даже в судебной ветви власти.

— Что касается местной власти, то у вас в отличие от России действительно, уникальная ситуация, — заметил Мозолин. – В России чем власть ближе, тем она более подвержена критике и на нее распространяются все недовольства. В России президент – это очень далеко, чем занимается Дума многие вообще не знают. А ваша ситуация меня очень даже радует…

Да, в Кыргызстане, как считают отечественные эксперты, очень высок уровень самоорганизации населения для решения широкого перечня бытовых проблем. В России, как мы постоянно видим из телевизионных репортажей, достаточно высок уровень социального иждивенчества.

Ну, а кому в Кыргызстане верят? Этот вопрос иллюстрируют следующие таблицы:


Эксперты с некоторой долей скепсиса отнеслись к этим данным. Возможно, для Бишкека такая картина вполне объяснима, но в регионах мы получим совершенно другой результат. Эксперты считают, что в регионах выше уровень доверия религиозным деятелям и существенно ниже общественным лидерам.

— По данным других исследований, лидеры религиозных организаций даже на севере республики имеют несравненно большее влияние на умы и сердца, чем политики и общественные деятели, — отреагировал Игорь Шестаков. – За советом и помощью люди идут не в местные кенеши, а в мечети.

— К примеру, в Араванской районе только имамы «рулят», — добавил Бактыгулов. – Там местные кенеши как бы на втором плане.

Эксперты согласились, что на предстоящих выборах в парламент религиозный фактор будет играть одну из главенствующих ролей. И этот фактор является важнейшим и для России, в том числе для многонационального и многоконфессионального Урала.

А закончить разговор о доверии было предложено оценками различных каналов коммуникаций:


Как видно из этой таблицы, больше всего доверяют телевидению и социальным сетям. Причем, информационные агентства чаще относят не к самостоятельным информационным структурам, а как части общего интернет-пространства. Полученные результаты, как сказал Мозолин, целиком отражают картину доверием каналам коммуникаций в России. Уровень доверия соцсетям в России подкосили фейковые новости, и эта проблема там весьма актуальна. Для Кыргызстана пока эта практика не добралась, но нельзя расслабляться.

— Что касается высокого уровня недоверия нашим телеканалам, то здесь нужно учесть, что кыргызские ТВ очень тесно взаимодействуют с государственными органами власти, и потому уровень недоверия правительству и президенту проецируется на уровень недоверия телевидению, — предположил Игорь Шестаков.

— В России пока телевидение является основным источником информации, но уровень доверия все же выше соцсетям. Печатные СМИ мы вообще не рассматриваем в силу того, что они фактически ушли с информационного поля, — заметил Мозолин. – При этом ежегодно на 7-10 процентов сокращается аудитория телевизионных сетей, все потихоньку уходят в интернет. Мы предполагаем, что примерно к 2025 году аудитория печатных СМИ уйдет окончательно.

Да, как ни печально это осознавать, но и в Кыргызстане, судя по сокращению тиражей газет и журналов, печатные СМИ как носители информации полностью уйдут в небытие. Какое-то время газеты и журналы еще будут жить, но их функции будут совершенно иные.

Автор: Аркадий Гладилов
Источник: http://polit.kg/2019/12/12/политическая-ситуация-в-кыргызстане/?fbclid=IwAR2oi2UQmaA3atG9kWoVqd9TofQlrI_7x0FJGhWEtX564iOHTzxsMKVxZWg
blog comments powered by Disqus
Научиться работать с АК



Наша онлайн-школа. Используя обучающие материалы, размещенные на этом сайте, вы научитесь использовать «Аналитический Конструктор». 


Приобрести книгу «Аналитический Конструктор. Методы решения конфликтных ситуаций в общественно-политической сфере» можно здесь. 


С Продуктами Центра "Аналитик" Вы можете познакомиться здесь

Звоните:
+7-9222-055809

Пишите:
brains2@yandex.ru, centr.analitik@gmail.com