В этом разделе:
2020
январь
март
сентябрь
ноябрь
декабрь
Главная  →  Новости  → Политическая колонка Андрея Мозолина. Оксана Иванова, «православная партия» и немного диалектики

Политическая колонка Андрея Мозолина. Оксана Иванова, «православная партия» и немного диалектики

13 октября 2020
Чуть больше года назад имя Оксаны Ивановой впервые громко прозвучало в СМИ в связи со скандалом вокруг «Супрематического креста». Уже тогда аналитиками делались прогнозы относительно того, что подобная публичная активность «православных активистов» будет не единичным случаем и стоит ожидать продолжения. Выдвижение Ивановой в качестве кандидата на довыборах в Екатеринбургскую городскую думу не только подтвердило правильность этих ожиданий, но и снова актуализировало вопрос об изменении роли Русской православной церкви (РПЦ) в общественно-политической сфере города, области и страны в целом.
Сразу оговорюсь, что не являюсь специалистом по РПЦ, поэтому приведенные выкладки будут касаться не столько Церкви, сколько анализа внешних проявлений тех процессов, в которых она (волей–неволей) начинает играть активную роль. И чтобы понять все своеобразие логики сегодняшних событий, необходимо сформулировать исходные посылки.

«Ценностный бульон»

Почти 30 лет (за редким исключением) обсуждение вопроса о ценностях, идеологии (в широком смысле этого слова) оставалось уделом различных экспертов и политических партий в период избирательных кампаний. Причины этого вполне объяснимы. С одной стороны, в постперестроечные годы слова «идеология», «пропаганда», тесно связанные с КПСС, носили исключительно негативный характер, а с другой — ценность «хлеба с маслом», решение тяжелейших экологических проблем затмевали собой любые разговоры мировоззренческого плана.
История неоднократно доказывала, что свято место пусто не бывает. Поэтому вполне закономерно, что пустующая «идеологическая ниша» достаточно быстро стала заполняться самыми разными течениями и верованиями, начиная от «либерально-демократических» ценностей западного образца, заканчивая иногда весьма своеобразными идеалами новых религиозных движений.
(До сих пор с умилением вспоминается секта космических коммунистов, которая возникла в центральной части страны. Фундамент их идеологических догматов включал в себя изучение Библии, проведение партсобраний и очистительную клизму Чеснокова.)
Появился и забурлил своеобразный «ценностный бульон», в котором варились и соединялись между собой самые разные и нередко противоречивые идеи. Несмотря на потребность в «хлебе», в условиях резких перемен люди, как и прежде, нуждались в ориентирах, в том числе и ценностных, которые могли бы объяснить их место в жизни и смысл существования.
В отсутствие официальной идеологии каждый «варил» свой собственный «суп», выбирая и комбинируя из предложенного списка приемлемые варианты. К тому моменту, когда проблемы с «хлебом» и даже «маслом» во многом были решены, сложились масштабные людские кластеры, объединенные общностью\близостью представлений о хорошем и плохом, ведущие схожий образ жизни и т. п. И зачастую представители этих кластеров громко заявляли (и заявляют до сих пор) свой взгляд на происходящее, пропагандируя вовне, как нужно или не нужно жить.
Добавим, что наиболее активным здесь является «креативный кластер» (термин «класс» здесь неприменим, поскольку совершенно иные, по сравнению с классическим марксизмом, принципы формирования этого социального образования), как правило, защищающий «либеральные» ценности. Обладая компетенциями работы с информацией, образованные и способные формулировать позицию, представители этого кластера оказались наиболее деятельными в продвижении своих представлений о хорошем и плохом.

Про диалектику

Из школьного курса обществознания мы помним, что в философии есть такая штука, которая называется «диалектика», и у нее есть три основных универсальных закона.
Первый из них, являющийся «ядром» диалектики, — закон единства и борьбы противоположностей. Согласно этому закону развитие (в нашем случае общественное, идеологическое) происходит благодаря противоречию, возникающему внутри системы. При этом, взаимодействуя между собой, противоположные стороны проходят разные этапы: тождества (постсоветский «ценностный бульон»), различие (формирование «ценностных кластеров»), противоположность (осознание «кластерами» своих различий) и противоречие (столкновение между «кластерами»).
На мой взгляд, активная позиция «креативного кластера» как раз и стала ключевым фактором резкого оформления его противоположности —– «православных активистов». Пока «кластеры» не пересекались, занимаясь обсуждением собственных проблем и формированием своего ценностного набора, происходило относительно тихое и незаметное накопление различий.
Количество перешло в качество в конфликте вокруг строительства храма в сквере у Драмтеатра. Именно тогда противоречия не только публично оформились для обеих сторон. Помимо этого, представители «православного кластера» получили сильнейшую эмоциональную мотивацию для отстаивания своей системы ценностей, своего представления о хорошем и плохом.
Второй закон диалектики (взаимного перехода количественных и качественных изменений) гласит: на определенном этапе количественные изменения приводят к качественным, а новое качество порождает новые возможности для количественных изменений. Ощущение несправедливости, осознание возможности говорить о важных для себя вещах не только среди прихожан, понимание необходимости защиты своих позиций — эти и не только количественные изменения привели к закономерному появлению Оксаны Ивановой.
При этом совершенно неважны персоналии — мужчина или женщина, Иванова или Петрова — суть в том, что «православному кластеру» нужен был такой голос, и он появился. Скандально и громко (конфликт вокруг «Супрематического креста») — он не мог не привлечь внимания, и это удалось. И если дальше продолжать логику второго закона, то можно предположить, что появление Оксаны Ивановой — это только начало, вслед за которым будут возникать новые православные «звезды» и усиливаться риторика традиционных ценностей.
Я еще раз подчеркну, что появление и резкая активизация «православного кластера» является естественным и закономерным развитием. Изменение социально-экономической среды, поиск духовных ориентиров и формирование «ценностных кластеров» не могли не привести к осознанию различий и неизбежности столкновений.

Логика политической целесообразности и «партии-бренды»

Есть логика исторического развития, а есть логика политической сферы, которая живет по своим, достаточно своеобразным законам. И одними из основных среди них являются целесообразность и прагматизм.
Особенностью партийного строительства в нашей стране является создание партий по инициативе федерального центра. Это касается и существующих думских партий, и новых проектов, появление которых мы наблюдали в последние несколько месяцев. Все эти проекты обладают одним сущностным качеством — это «партии-бренды», являющиеся искусственно созданным в медиапространстве комплексом представлений, мнений, ассоциаций, эмоций вокруг конкретной фигуры (например, В.В. Жириновский) и\или названии (КПРФ, ЕР и т. п.).
С прагматичной точки зрения создать «сверху» политический бренд намного быстрее и дешевле, чем формировать («снизу») партийные ячейки, искать сторонников и вести среди них системную работу. Не только проще создавать, но и управлять: ситуация поменялась — скорректировали бренд либо создали новый. Целесообразность такой конфигурации тоже понятна, поскольку создает условия для высокой управляемости политической активности.
Вполне закономерно, что у «партий-брендов» как таковой нет идеологии, поскольку избирателям она и не нужна. Выбор идет не между программами, ценностными ориентациями, а между виртуальными «картинками»: «Единая Россия» — партия власти,
КПРФ — партия светлого прошлого, ЛДПР — партия Жириновского (Владимир Вольфович сам по себе является брендом), «Справедливая Россия» – когда-то была «партией справедливого ЖКХ», теперь же находится в поисках своей новой брендовой идентичности.
А поскольку «бренд» — все-таки искусственная конструкция, то переход избирателя (да и самих представителей той или иной партии) от одного «бренда» к другому происходит достаточно легко и безболезненно.
Однако есть у всех этих «брендов» одна общая черта. По сути, вся их риторика строится вокруг «хлеба и масла» — решения экономических проблем и «справедливого» (с их точки зрения) распределения имеющихся ресурсов. В этой ситуации появление партии (или отдельных публичных фигур), чья позиция и высказывания будут касаться не экономики, а «веры», «нравственных идеалов», будет как минимум не очень удобно для сложившейся системы.
Можно предположить, что поначалу такая риторика будет непривычна и корява с точки зрения профессиональных участников политической сферы. Однако именно это и будет привлекать внимание, становясь предметом обсуждения и формируя повестку.
К новому быстро привыкнут, да и форматы этой риторики будут неизбежно меняться (как здесь не вспомнить еще один закон диалектики — отрицание отрицания). Проблема для «партий-брендов» будет в другом. Пропаганда нравственных идеалов — это не формирование новой виртуальной политической конструкции. Это продвижение существующей, выстроенной и проверенной системы ценностей, имеющей действительно лояльных сторонников. Сторонников, которые не будут менять и объединять бренды, а которые готовы защищать свою мнение, позицию, веру.

Что будет и не будет

В ближайшие годы мы вряд ли увидим появление «православной партии» или иной «партии веры». Сегодня никому из ключевых участников политических процессов не нужно радикальное изменение сложившейся системы. А появление «партии(й) веры» неизбежно к этому приведет. Плюсом сюда идут различные риски, связанные многоконфессиональностью нашей страны — появление, например, «православной партии» потенциально может затронуть чувства мусульманских общин и наоборот.
Есть здесь и другой вопрос: а нужны ли представителям «ценностных кластеров» свои собственные партии? На мой взгляд, если это будет новая «партия-бренд», то вряд ли. Зачем? Намного целесообразней использовать существующие «бренды» с их отработанными избирательными аппаратами для продвижения своих кандидатов. И совершенно неважно, будет это «Справедливая Россия» (от которой сейчас баллотируется Оксана Иванова) или что-то другое.
Поэтому сегодня в рамках сложившейся политической системы оснований для появления именно «партии веры» просто нет. С этой точки зрения поход во власть Оксаны Ивановой можно рассматривать как своеобразный эксперимент, результаты которого позволят скорректировать форму и стиль риторики «нравственных идеалов», учесть ошибки для появления новых, более эффективных «православных активистов», которые станут голосами, публичными защитниками идеологии своего кластера.

А в том, что через некоторое время они появятся, я не сомневаюсь.

blog comments powered by Disqus







Вадим Дубичев, 
первый заместитель руководителя аппарата Губернатора Свердловской области и Правительства Свердловской области

В исследовании А.В. Мозолина собран и на высоком научном уровне проанализирован обширный материал реальных социальных конфликтов в муниципалитетах Свердловской области последних лет. Автором предложен работоспособный метод анализа конфликта и способы его урегулирования. Исследование настоятельно рекомендуется для изучения и практического применения в деятельности представителей органов власти всех уровней – федерального, регионального и местного самоуправления, общественных организаций, участников политических процессов – в качестве действенного инструмента выявления, профилактирования и устранения общественных конфликтов.












Алмазбек Акматалиев, 
ректор Академии государственного управления при Президенте Кыргызской Республики, профессор

С интересом прочитал «Аналитический Конструктор: методы решения конфликтных ситуаций в общественно-политической сфере» Андрея Мозолина, директора центра «Аналитик». Мне как человеку, который активно работал в местных органах власти Кыргызстана, был депутатом 3-х созывов в районных и областных Советах народных депутатов, а также ректором 2-х университетов, профессором, было крайне интересным ознакомиться с размышлениями автора по разрешению конфликтных ситуаций в общественно-политической сфере, особенно на кейсах из регионального уровня.

Мне кажется выводы автора абсолютно логичны и полезны:
- конфликты можно и нужно классифицировать;
- факторы, влияющие на развитие конфликтов, также могут быть кластерированы;
- как и любой процесс, данные конфликты проходят стадии возникновения, развития и окончания.











Александр Чумиков,
д. п. н., профессор,генеральный директор Агентства «Международный пресс-клуб. Чумиков PRи консалтинг», почётный президент Академии политической науки

 Андрей Мозолин – практик, сумевший поработать и «разрулить» конфликтные ситуации в общественно-политической сфере в различных регионах России.  Книга содержит детальный разбор этих ситуаций, который помогает выйти на оптимальные решения. Отсюда и название книги – «Конструктор»: оно означает, что, взяв «деталь» из одного случая, мы можем встроить её в другой, и тем самым не просто скопировать удачное решение, но выйти на качественно новое и приемлемое для заинтересованных участников.






Александр Белоусов, 
заведующий Лабораторией социально-политических коммуникаций Института философии и права УрО РАН, кандидат политических наук

Книга Андрея Мозолина – уникальная в своем роде. Она описывает бесконечное множество конфликтов на муниципальном уровне, часть из которых на слуху, а другая часть никому не известна. Но это и есть реальная политика, которой живут малые города, хотя многие считают, что жизнь в них остановилась. Эта жизнь заявляет о себе, пока может не так громко как в региональных центрах, но ее голос становится все слышнее.